Марина Зудина: «Я наконец перестала думать о том, как выгляжу»

Марина Зудина: «Я наконец перестала думать о том, как выгляжу»
В последнее время Марина Зудина, ведущая актриса МХТ и супруга Олега Павловича Табакова, с радостью ломает стереотипы

Уже очень давно она «выросла» из лирической героини, превратившись в яркую, острохарактерную. Перемены можно заметить и по ее ролям в театре, и посмотрев детективный сериал «Наследство». «МК-Бульвар» убедился в этом еще и при личной встрече с Мариной.

 — Марина Вячеславовна, вы нечастый гость в сериалах, чем вдруг вас зацепил сценарий «Наследства»?

 — Наверное, решающую роль сыграл режиссер — Тимур Эсадзе, который позвал в этот фильм, разглядев во мне те черты, которые, возможно, мне присущи, но никто из его коллег до этого их не эксплуатировал и даже не пытался выявить. В принципе эти черты в той или иной степени есть у каждого незакомплексованного человека; другое дело, в какой ситуации мы их проявляем. Например, если матери требуется защитить свое дитя или чего-то добиться для него, она становится исключительно решительной, настойчивой, жесткой.

 — Но вы как-то говорили, что в жизни у вас довольно мягкий, не давящий характер?

 — Это не совсем так. Просто, будучи достаточно защищенным человеком, я в реальности немного более инфантильна, нежели моя героиня Елизавета Прохорова, которая даже не позволяет себе плакать. Но там, где я вынужденно оказываюсь один на один с повседневными сложностями, не пасую, а проявляю определенную силу натуры и борюсь, особенно яростно, если задеты интересы моей семьи. Так, допустим, я никогда не думала, что в мой адрес и в адрес моего мужа люди могут проявлять себя как мошенники, незаконно и непорядочно, и мне лично придется обратиться к услугам адвоката. И в данной ситуации я, пожалуй, не менее жестко себя веду, как и моя героиня.

 — А мне почему-то всегда казалось, что скорее вы должны страдать не от подлецов, а от женской зависти?

 — Ну знаете, в этом вопросе многое зависит от того, какими глазами ты сама смотришь на мир и как воспринимаешь людей, с которыми общаешься. Мое воспитание и моя природа таковы, что во мне неистребима вера в настоящую любовь и дружбу, в некие нравственные законы, через которые переступать нельзя.

 — Это все понятно, но наверняка вы с детства нравились мальчикам, и вашим подружкам это не всегда было приятно?

 — Да, нравилась, мальчишки мне постоянно писали какие-то записки, приглашали на свидания, и девчонки, бывало, со мной даже специально дружили, чтобы оказаться в мужской компании. Так что я сталкивалась с таким явлением, правда, коротко. Классе в девятом мальчики года на два выпали из моего поля зрения, потому как я стала активно и целеустремленно готовиться к поступлению в театральный вуз. А до этого я была очень влюбчивой и практически ради мальчиков в школу и ходила. (Улыбается.)

 — Вы производите впечатление человека, придерживающегося строгого порядка, четкого графика, некоего регламента? Все, к чему вы когда-то стремились, рано или поздно вам досталось?

 — Единственная цель, которой я действительно добилась, — это поступление в ГИТИС, на курс к Табакову, и профессия актрисы. Все остальное — судьба и его величество случай. Я не планировала свою влюбленность, рождение детей. Я просто эмоционально растворялась в этих моментах. А вот в каких-то уже насущных вопросах, например, в ремонтных работах, в заказе мебели или к какому доктору с ребенком пойти, когда сдать анализы и что за витамины принимать, — тут уж я более чем организованна. А так живу не по схемам. Точно не по расписанию, если даже не могу себя заставить делать зарядку по утрам и ходить регулярно в фитнес-клуб. Я все-таки больше делаю то, что мне нравится, и в свободном режиме.

 — В сериале вы слишком молодо выглядите для мамы такого взрослого мальчика? Какие все-таки способы ухода за собой предпочитаете?

 — Массаж, сауну, косметолога. Вот эти расслабляющие процедуры мне в удовольствие. Пешком еще обожаю ходить. Диетами себя не мучаю. Могу спокойно съесть и пирожное с капуччино, женщина не должна себя ограничивать в таких мелочах. Другое дело, себя так надо баловать не после сытного обеда. Чтобы не поправляться, основное мое правило — есть часто малыми порциями. А когда женщина в компании постоянно говорит о том, что ей нужно похудеть, и от всего отказывается — это ужасно. Что касается кино, то, когда мой сын, тринадцатилетний Павел, увидел рекламный ролик сериала, тоже не поверил сначала, что у меня, по сценарию, такой ребенок. (Улыбается.) А тут этим летом мы с Александрой Захаровой снимались в четырехсерийной ленте «Не одинокие» про бывших одноклассников, где нашими партнерами и якобы ровесниками были мужчины ну значительно нас старше. Мы с ней все смеялись, что могли бы нам и польстить — найти артистов помоложе. (Улыбается.)

 — В продолжение темы спрошу, насколько сложен переход из лирической юной героини в более возрастные роли?

 — Для меня он произошел безболезненно по той причине, что в театре я уже в тридцать лет сыграла Мамаеву, роль, которую исполняют актрисы далеко за сорок. Да и другие роли у меня были возрастные. Так что психологического дискомфорта на этом рубеже я не испытала. Все проходило постепенно. Тем более с рождением детей кардинально меняется мировоззрение, и ты уже хочешь — не хочешь себя ощущаешь по-другому. Возраст дает преимущество: я наконец-то перестала думать о том, как выгляжу. В профессии ведь не всегда нужно быть идеально красивой. Одна роль требует глянцевости, а другая — и уродливости. И нужно играть суть, а не заботиться о внешности. Осознание этого, конечно, приходит с годами. Точно так же, как я в молодости думала, что любая симпатичная девушка потенциально является моей конкуренткой, и лишь со временем осознала, что мужчины, которые нравятся мне, или мужчина, которого я люблю, заинтересованы в чем-то гораздо более сложном.

 — Судя по всему, вы однолюбка, это облегчает или осложняет жизнь?

 — Отвечая на ваш вопрос здесь и сейчас, да, я действительно однолюбка. Хотя это вовсе не означает, что я не вижу никого вокруг. Понимаете, вот вы живете с человеком два или три года, и это определенный этап накопленного жизненного опыта. Десять лет — совсем другой этап. И так далее. А кто ограничивается всего тремя годами, допустим, и каждый раз начинает новые взаимоотношения с нуля, что-то важное, на мой взгляд, пропускает. Все-таки ежесекундная влюбленность характерна больше для подростков. В более зрелом возрасте подобное поведение выглядит уже либо распущенностью, либо патологической неспособностью строить серьезные отношения, когда для возбуждения требуются только новые объекты. И все это в конечном итоге ведет к импотенции, причем во всех смыслах этого слова. (Смеется.) А возвращаясь к себе, могу сказать, что я считаю себя счастливым человеком, поскольку знаю, что такое настоящая любовь.

 — Мужской идеал у вас сформировался в юности или гораздо позже?

 — Господь Бог мне сделал подарок — я повстречала такого человека, мало того что с мощным характером, с духовной точки зрения очень здорового, так еще и с тем набором качеств, которые мне однозначно импонировали.

 — Олег Павлович, бесспорно, не только талантливый актер и режиссер, но и хозяйственник? Дома он тоже не боится быта?

 — Нет, он целиком себя отдает на работе, и дом уже лежит на мне. Естественно, я всегда с ним советуюсь по любому поводу, так как хочу сделать так, чтобы дома ему было удобно, уютно, но в любом случае эта нагрузка на моих плечах.

 — Расскажите о детях, какие у них склонности, увлечения?

 — Павел учит язык, занимается большим теннисом, музыку очень любит, покупает разные диски, к кино тоже неравнодушен, знает многих режиссеров и артистов, которых не знаю я. С компьютером он на «ты». Еще он играет в одном из спектаклей МХТ, на Новой сцене. Помню, я как-то пришла на него посмотреть и мне не понравилась игра, я его отругала, а позже выяснилось, что он себя плохо чувствовал и на следующий день заболел. Так что оказалось, я слишком строгая в смысле работы и, видимо, тогда была неправа. Сын у нас характером в отца, и заставить его что-то делать насильно практически невозможно — чем больше наседаешь, с тем большей легкостью он это от себя отталкивает. А вот дочка Маша скорее похожа на меня. Несмотря на то, что ей еще нет и трех лет, видно, насколько она основательная, ответственная. Собираешься в магазин, она обязательно скажет, что ей нужно купить, за всем проследит. 

 — Думаю, вы тоже хозяйка неплохая. Вкусно готовите?

 — Времени особо на это нет. Но если уж возьмусь готовить, то делаю это хорошо. Хотя если предстоит выбор: стоять на кухне или сходить с сыном в кино, почитать книжку с дочерью, разумеется, я предпочту второе.

 — Как выглядит для вас идеальный семейный отдых?

 — Обычно мы отправляемся в отпуск туда, где у нас есть друзья, потому что, мне кажется, муж никогда бы не смог, ограничившись только кругом семьи, поехать туда, где не с кем общаться. Для нас чрезвычайно важно это духовное обогащение с единомышленниками. Но вот этот Новый год мы проведем у нас на даче.

 — В сериале краеугольным камнем становятся деньги, поэтому не могу не спросить о вашем к ним отношении. 

 — В семье, где я росла, никогда не было лишних денег, поэтому я знаю им цену и по сути своей не транжира. Муж мне может сделать какой-то дорогой подарок, и я сама себе могу купить нечто совсем недешевое, но в любом случае никогда не пойду приобретать машину в салон через дорогу, если мне известно, что на другом конце города есть такая же, но по более приемлемой цене. И в принципе я из вещей не делаю культа. Мне кажется, это дурной тон, когда женщина заявляет, что фанатка драгоценностей или что у нее на каждый сезон по пятнадцать пар обуви.

 — А на что вы можете потратиться не раздумывая?

 — Если приглянувшаяся мне вещь стоит нормальных денег, и я уверена, что она мне в дальнейшем пригодится, особо не сомневаюсь. Вы знаете, когда мы только стали вместе жить с мужем, мы с ним поехали за границу, и я поймала себя на том, что вся одежда, которую мы покупаем Олегу Павловичу, на нем великолепно сидит и выглядит прекрасно, а я себе никак ничего достойного не могу подобрать. И тут меня осенило: когда я что-то покупала мужу, никогда не смотрела на цену. В этом был весь секрет. С тех пор я придерживаюсь правила: если понравившаяся вещь выглядит на те деньги, которые за нее отдам, — я могу себе это позволить.

 — В одном из своих немногочисленных интервью вы признались, что в отношениях максималистка. Это значит, что вы не приемлете компромиссов?

 — В профессии можно быть бескомпромиссной, в семейной жизни — нет. Как, впрочем, и вообще при взаимодействии с людьми. В определенном возрасте упрямый максимализм глупо выглядит. 

 — В любви вы «душечка»?

 — Нет. (Улыбается.) Просто мне в удовольствие делать что-то для близких людей, не потому что надо, а потому что хочется. И то мне порой кажется, что я слишком большое внимание уделяю детям и мужу что-то недодаю. Недавно у нас с Олегом Павловичем состоялся такой смешной разговор… Мы вернулись с гастролей, и я предложила на следующий день репетицию назначить чуть попозже, чтобы утром с маленькой Машей подольше побыть. Но он сказал, что это невозможно, мы давно не репетировали, и это работа. В ответ у меня был такой эмоциональный всплеск, и я заявила, что «если ты мне ставишь условие выбирать между театром и детьми, то я выбираю детей, и если ты меня вынуждаешь, то возьму академический отпуск и буду заниматься семьей». (Улыбается.) Вот такая у нас была полемика. Меня ведь как женщину все время тянет к детям, хотя отдаю себе отчет, что зациклиться на доме я бы тоже не смогла.

 — А насколько в вас сохранилась детскость? Вы склонны к спонтанным, бесшабашным поступкам?

 — Ну уж не знаю, до какой степени. (Улыбается.) Когда Павлик был маленький, я всегда каталась с ним на ледяной горке, визжа от восторга, в то время когда остальные родители стояли поодаль и ждали своих детей внизу. Странно, что взрослые боятся возвращать себя в детство даже самым нехитрым образом, стесняются чувств, как-то опасаются смотреть на мир глазами своих детей. Вот сейчас мы снимаем дачу в изумительном месте, и там есть детская площадка, с огромными батутами, на которых разрешается прыгать детям до двенадцати лет. Так вот, когда было светло, на этом батуте прыгали мои дети, а когда стемнело, на него забралась я и прыгала, совершенно ошалевшая от счастья! И я уверена, что подобные эмоции нам, взрослым, жизненно необходимы. Поэтому в самое ближайшее время я обязательно научусь кататься на роликовых коньках, чтобы составлять сыну компанию. 

Елена Грибкова, газета «Московский комсомолец»