Бочкотара, куда несешься ты?
-
-
Бочкотара, куда несешься
ты?
«Табакерка» вспомнила хорошо забытое старое
«Программки берем по двадцать рубчиков — самые дешевые в городе! Буфетик работает! В гардеробчике можно снять все!» — задорно встречает публику мама Евгения Миронова (это другие театры начинаются с вешалки, а «Табакерка» — с нее). И точно вторя знакомой интонации, в зрительный зал врывается дородная Романтика (Мария Сокова) в форме проводницы: «Наш поезд скоро отправляется… а сиденьица у нас жесткие... а как паровоз будут менять, можно и покушать… а телефончики отключаем — в области все равно связи нет».
«Затоварилась бочкотара, зацвела желтым цветком, затарилась, затюрилась
и с места стронулась». Бог весть, из каких таких «из газет»
вычитал эту былинную фразу Василий Аксенов, когда сочинил свою «Затоваренную
бочкотару» — свою Россию, которая едет-едет, и все никак
не приедет в конечный пункт — город Коряжск.
Ну а как приедет, оказывается, что Коряжск этой бочкотарой затоварен — не нуждается в ней Коряжск, да и мир в целом. И поплывет она, родимая, всему миру ненужная вниз по речке — по Лете. И оплачут ее лишь попутчики-чудаки: пьяница-шофер, лучший в мире специалист по стране Халигали, куда ему никогда не дадут въездную визу, моряк, учителка-троечница, вдохновенный стукач, да внештатная лаборантка по поимке зловредного жука — дремучая, как Баба-яга.
«Затоваренная бочкотара» была хитом «Табакерки»
с 1989 по 1996 год, когда наша Россия-бочкотара как
раз-таки и стронулась и куда-то покатилась на грузовике, в котором
давным-давно кончился бензин. Какие аналогии усмотрел сегодня Олег
Павлович — мы про то не знаем. Скорее всего просто захотел
вернуть на сцену загадочный, густой, афористичный и мистический
текст, который, как выяснилось, никто из молодых к моменту репетиций
не читал. И уговорил Евгения Каменьковича сделать ремейк.
Спектакль в облюбованном «Табакеркой» жанре road-movie (плюхнулись
на бесформенный мешок-бочкотару, затряслись, поехали) «выезжает»
на вкусном тексте и спасительной характерности.
Точность в деталях обусловлена здесь просто на генетическом уровне.
Те же фоменки, например, сыграли бы советских чудиков
с изрядной долей иронии и лукавства.
В «Табакерке» же всегда в цене был терпкий, здоровый
натурализм. Любо-дорого посмотреть, как по-интеллигентски ждет первого удара,
сняв очки, Дрожжинин (Евгений Миллер), или как трясутся от вожделения руки
старика Моченкина (Дмитрий Бродецкий), заклеивая письмо с доносом. Или как
меняет гнев на милость тучный милиционер (Павел Ильин), с которым
впервые за …дцать лет барышня пококетничала.
Но ощущение, что грузовик с бочкотарой и ее попутчиками,
то бишь «Затоваренная бочкотара-2» движется уже во многом
по инерции, и режиссеру не очень-то интересно было вливать
молодое вино в старые меха, увы, не покидает.
Впрочем, может быть этот грузовик еще разгонится, хоть и бензина в нем нет. А когда нам это мешало?
Ольга Фукс, газета «Вечерняя Москва»
