Процесс пошел

Процесс пошел
В «Табакерке» поставили «Процесс» Франца Кафки

В разряд модных «Процесс» вряд ли попадет. Теперь не в ходу простые спектакли, где есть сюжет и какое–никакое действие. Все это требует серьезных усилий и профессиональных навыков, одной лишь произвольно бурлящей фантазией тут вряд ли обойдешься. Наверное, потому многим нынешним режиссерам заморочка эта кажется откровенно скучной, устаревшей и неактуальной. То, что они делают, принято называть спасительным словом «проект». Очень удобная вещь, знаете ли, когда приходится защищаться от зрительского (или критического) неприятия: вы, мол, граждане, попросту не в ту дверь заглянули, тут привычное для вас кушанье не подают, здесь вперед бегут, за прогрессом в области высоких технологий. Удивительное дело, но режиссер Константин Богомолов, пока еще к разряду молодых причисляемый, вперед к прогрессу не побежал и поставил именно что спектакль, а не проект. И только за это ему надо сказать отдельное спасибо. За то, что не стремился быть как все, модой не соблазнился. За несуетность и серьезный подход к материалу, который очень ведь непрост, с лету его за хвост не ухватишь.

Еще одна трудность заключена в мифах, творчество Кафки сопровождающих. Читают его мало, зато все знают, что книги его мрачны и сюрреалистичны. В них видится нечто гофмановское, мистическое. Но Богомолов, похоже, перечел «Процесс» и ахнул — как все знакомо. И в самом деле знакомо. Кафке и не снилось, как может читаться его причудливое сочинение в стране некогда победившего социализма. Что уж такого необычного случилось с героем романа, и не такое, как говорится, видали. Ну да, в одно прекрасное утро тридцатилетнего банковского служащего Йозефа К. (Игорь Хрипунов) пришли арестовывать. За что, никто не знает, зато процесс пошел, на допросы вызывают, беседуют. Потом выясняется, что он не один такой, там многие под следствием, если не все. Привыкли, ничему не удивляются, в процессе активно участвуют, со следствием, так сказать, сотрудничают. Абсурд принимают как данность. Словом, картинка до слез родная, близкая.

Стражники, пришедшие арестовывать героя, и деньги вымогают, и украсть кое–что пытаются, жалуясь при этом: «Знаешь, как мало нам платят». Публика понимающе смеется. И над следователем (Евгений Миллер), который не знает, в чем вина арестованного, смеется. Не страшно ей, хотя сюжет–то жуткий. Там ведь в конце даже священник (Борис Плотников) тюремным капелланом оказывается, Йозефа К. на смерть поведет.

Режиссер в какой-то момент спохватился, понял, что на одной только реальности в Кафку не въедешь. И стиль спектакля шатать начало, от забавной игры с узнаваемостью к философии и метафизике, которую публика глотала уже не столь охотно, переключаться–то трудно. Нелегко и режиссеру гармонию найти, с обилием слов справиться. При том, что большинство актеров отлично играют (сразу несколько ролей) — Евгений Миллер, Яна Сексте, Сергей Угрюмов, Борис Плотников. И совсем еще молодой Игорь Хрипунов, героя играющий, вполне хорош.

Да и спектакль уважение вызывает. Только вот он, что называется, не крупный. Ни жути, ни трепета не испытываешь. А жаль.

Марина Зайонц, журнал «Итоги»