Пани Зося из «Турецкого гамбита»

Пани Зося из «Турецкого гамбита»
Закончились съемки «Золотого теленка», где снялась звезда «Турецкого гамбита» актриса Ольга Красько

Говорят, если Ольга идет в гости, она дарит подсолнухи. Подсолнух — ее любимый цветок. В подсолнухах сняты и батальные сцены «Турецкого гамбита», где Красько сыграла главную женскую роль.

Российская газета: С чего начинали в кино?

Ольга Красько: С «Жандармских историй» в Чехии. Даже эпизодические роли в сериале «Жандармские истории» играли знаменитейшие актеры. Например, Люба Шафранкова, которую знают по сказке «Три орешка для Золушки», играла у нас тоже. По прошествии съемок мне до сих пор звонят актеры. Фильм был рейтинговым. Вначале прошел блок из 13 серий. Я снялась во втором блоке.

РГ: Первая большая работа в России?

Красько: В сериале «Неудача Пуаро» по Агате Кристи. Актерский состав — звездный: Немоляева, Лазарев-младший, Райкин, Маковецкий. После «Пуаро» у меня был фильм «Есть идея» с Женей Мироновым, потом снялась у Машкова в «Папе», «Турецком гамбите», в фильме «Время собирать камни», в «Дневнике». Небольшая роль в сериале «Есенин» режиссера Игоря Зайцева. Там я архивистка, принимаю участие в расследовании причин гибели поэта.

РГ: Что вы за человек по натуре?

Красько: Как говорит персонаж Горького «На дне»: «Человек сегодня хороший, завтра злой». Про себя я знаю, что я с катастрофической быстротой меняюсь внутри. Это — нормально. Жить надо легко и радостно. Но это не значит, что мне все безразлично. Когда я вижу людей, не меняющихся внутри, я понимаю, что их жизнь ничему не учит. Я и к актерам отношусь лояльно. Мне абсолютно все равно, что пишут о них критики и театроведы. Естественно, кто-то глубже из них. Кто-то поверхностней. Я научилась понимать всех.

РГ: Как вы попали в «Турецкий гамбит»?

Красько: На роль в фильме пробовались знаменитые актеры. У меня не было никаких козырей. Мне выпал лотерейный билет. В «Папе» ассистентом по отбору актеров работал близкий друг Владимира Машкова, и я отдала ему свои фотографии. Вскоре мне позвонили и пригласили на съемки.

РГ: В чем для вас были сложности?

Красько: На площадке все как обычно, но с компьютерными эффектами я ранее не сталкивалась. И в первое время у меня было ощущение, что над нами просто издеваются. Молодые помощники режиссера приносили какие-то шарики, лампочки, зажигали их. Выглядело это так, как будто они шаманят. В итоге я поняла, что они проделали колоссальнейшую работу, которую до них не делал никто, то, чего у нас никто и не умеет делать. Каждый из них делал что-то, продвигаясь по миллиметру к цели. Когда спрашивают о моих впечатлениях от «Ночного дозора», я отвечаю, что это огромный шаг вперед нашего отечественного кино, хотя я не люблю такое кино.

РГ: А какое любите?

Красько: Я люблю что-то более нежное, люблю «Трудности перевода», люблю юмор, комедии. Когда смотришь иные наши фильмы с компьютерными эффектами, то возникает ощущение, что это убого. Но в «Турецком гамбите» с первых кадров было все достойно. «Турецкий гамбит» — фильм, где много хороших актерских работ.

РГ: У вас была возможность пойти учиться в ГИТИС, но вы предпочли Школу-студию МХАТ. 

Красько: Там набирал курс Табаков. Это такая школа!

РГ: Говорят, Красько «запретила Олегу Павловичу Табакову ругаться матом в ее присутствии...»

Красько: Я краснею, когда слышу мат. Я об этом сказала Олегу Павловичу. Его мое замечание «умилило». И в моем присутствии он резких слов уже не произносил. Он заложил фундамент моей карьеры, но был период, когда я училась в институте и была очень занята в театре, а потом у меня не было работы в театре, но я была занята в кино.

РГ: Переживаете по этому поводу?

Красько: Надо подходить ко всему философски. Слава Богу, у меня съемки в кино, и я не сильно поэтому переживаю.

РГ: Что было после «Гамбита»?

Красько: Потом был фильм «Время собирать камни» с Володей Вдовиченковым. Он прошел довольно тихо из-за недостаточного бюджета. Сам Владимир Машков говорил об этом с болью, потому что кино было посвящено 60-летию Победы. Сценарий фильма — старый, душевный, хороший. Я слышала очень много хороших отзывов. Потом была «Охота на изюбря».

Следующая роль стала этапной. Я сыграла Зосю в «Золотом теленке». В главной роли — Остапа Бендера — снялся Олег Меньшиков. Леонид Окунев играет Паниковского. В фильме сыграли Назаров, Семчев, Баталов. Я даже не думала, что мне так понравится женщина-режиссер. Мне обычно везет на мужские команды, с мужчинами проще и веселее.

РГ: Какой на площадке партнер Олег Меньшиков? Какой в жизни?

Красько: Он достаточно закрытый человек. Он не впускает в себя. Но он не сноб. Такие люди нравятся мне больше, чем те, у которых все эмоции нараспашку. Я не люблю актерские встречи-поцелуйчики, не люблю лицемерия. Я люблю живых нормальных людей. Меньшиков корректен. Играть с ним было очень легко и интересно. Он открыт, приятен, он не высокомерен. Как только мы не играли, он становился прохладным, уходил внутрь. Это была защита своей территории. Я это очень хорошо чувствовала. Я видела по его глазам, как он уходил в себя. Очень многие актеры любят веселить группу. А он не такой! Вообще мне очень повезло с партнерами. Моими партнерами были актеры сильные, известные, мастеровитые. В людях масштабных, кроме профессионализма, есть что-то, что притягивает как личность. Актеры неизвестные, как правило, не уверены в себе. Мне бы хотелось научиться такому качеству: вести за собой людей.

РГ: Вы разная в жизни и на фотографиях… Это вас не смущает?

Красько: А в профессии это очень выгодно. Я сравниваю себя на фотографиях в «Турецком гамбите» и на фотографиях в «Золотом теленке» — действительно, я очень разная. Это не моя заслуга. Это потрясающая работа гримера. Меня меняет костюм, парик. Как только я чувствую на себе костюм, я ухожу в другую пластику. Это природная данность. У меня первая фотосессия прошла в духе тридцатых годов. Мне это понравилось, потому что я себя такой еще не видела.

РГ: Ваше амплуа?

Красько: Я никуда не уйду от романтической героини, но летом снялась в новогодней комедии положений, и мне это было интересно. Хотя до сих пор не знаю, что из этого выйдет. Вдруг это будет мой провал? Но то, чего я боюсь, мне больше всего хочется делать.

РГ: Кто вызывает у вас уважение? Кто из коллег-актеров вам особенно близок?

Красько: Если мне нравится чья-то роль, то я этим живу. Сейчас я подружилась с Сашей Лыковым, он в «Турецком гамбите» сыграл шпиона. Когда смотрела «Дети Арбата», я полюбила Чулпан Хаматову. Посмотрела фильм «Любовь и голуби» и захотела сняться в подобном фильме. Я люблю старую школу: Покровскую, Ефремова, Доронину.

РГ: Что бы делали, если бы не были актрисой?

Красько: Занималась дизайном.

Автор благодарит редакцию “In Style” за организацию интервью.

Татьяна Хорошилова, газета «Российская газета»