Психотерапия от Житинкина
-
-
Психотерапия от Житинкина
После скандальных спектаклей — «Калигула», «Игра в жмурики»,
«Внезапно прошлым летом», «Поле битвы после победы принадлежит
мародерам» — один из самых молодых режиссеров Москвы Андрей Житинкин
«добрался» наконец до психушки. Премьерой спектакля «Псих» —
сценическая адаптация одноименного романа Минчина, впервые изданного
в США, — открыл свой очередной сезон Театр-студия п/р
О. Табакова.
Сразу скажем, Олег Табаков в который раз поразил своим чутьем на все
новое и неожиданное. Абсолютно ангажированный юбилейной кампанией (мэтру
отечественного театра исполнилось 60) он отдал почти весь свой театра двум
Андреям — Житинкину и Шарову (постоянный сценограф последних
спектаклей молодого режиссера).
Почти вся труппа театра, а также студенты курса Табакова играют
в «Психе». Около 25 ролей сыграны так азартно и заразительно, что
невольно думаешь: в каком другом столичном театре еще есть такая сильная
команда молодых профессионалов.
Александр Минчин — один из последних писателей русского зарубежья,
чье триумфальное возвращение на родину начинается только сейчас. Сразу
в трех московских издательствах выходят все его русскоязычные романы
и в том числе один из самых лучших — «Псих». Этот роман
в издательстве «Ардис» еще успел выпустить Карл Проффер, а Вера
Набокова посвятила ему проникновенные строки.
Но Житинкин не настолько наивен, чтобы показать зрителям очередную
инсценировку когда-то запрещенного автора. Это абсолютно современное, иронично,
веселое и грустное, подчас шокирующее зрелище, построенное
по принципу ассоциативного коллажа.
Главные герой — молодой писатель (С. Безруков) — попадает
в сумасшедший дом по ошибке и, как это часто бывает, остается
в нем навсегда. Еще Чехова волновала судьба талантливого интеллигента,
отправляющегося в это «адское приключение», чтобы собрать материал
и изучить досконально эти сферы, и безжалостно поглощенного этой
средой. Такие эксперименты не проходят бесследно. Человеческая психика,
тем более уникальная психика художника, хрупка, тонка и совершенно
незащищена. Житинкина абсолютно не волнует социум, действие развивается
вне определенного временного контекста, в замкнутом белом пространстве,
но присутствие системы, подавляющей личность, ощущается почти физически.
Подлинный Художник (необязательно Гений, опережающий время) не выживает
в борьбе с режимом, причем любым (!) режимом. В этом смысле
герой Безрукова трагически изначально обречен и, словно предчувствуя что-то,
сам подталкивает себя к бездне. Режиссер излюбленным экзистенциальным алгоритмом
насыщает и эту «далекую-близкую» прозу автора-эмигранта, создавая именно
русскую психушку, наверное, самую страшную в мире. Роман Минчина открывает
фраза «Всем сумасшедшим домам мира посвящаю». «Театральный роман» Житинкина
посвящен именно русской ментальности в условиях отлучения от мира,
по-своему абсурдного и жестокого. Иногда совершенно невозможно понять, кто
более ненормален — те, кого лечат, или те, кто лечит.
Бесспорные удачи — образы медперсонала, сыгранные с долей остранения
и здорового сарказма: жестокие санитары (А. Воробьев,
Ю. Крюков), сестры (М. Шульц, И. Петрова, К. Лаврова) и,
конечно, врачи: Лина, «врач-убийца» (филигранная работа Е. Германовой),
Терпсихора — «спасительница, псевдосурова» (точная работа
Л. Улановой).
Как всегда, поразительны детали — «фирменно блюдо Житинкина», несущие
двойной метафорический смысл. Невозможно забыть трогательную сцену танцев
«психов» и «психичек», сцену с инсулиновыми шоками, сцену
наркотического балдежа «двух йогов» (С. Чонишвили, В. Егоров), сцену
бунта замордованного психа Сулина (А. Зуев). Даже небольшие по объему
роли имеют свою тему и сыграны сочно, с отдачей — раздатчица
тетя Шура, «олицетворение лучшего в народе» (И. Журавлева), уголовник
Игорь (Я. Бойко), «солдат, хохол, комиссованный в дурдом»
(Д. Никифоров), Анна Ивановна, «сама доброта» (замечательная работа
О. Блок).
Как ни странно, в этом спектакле много любви. Может быть, замкнутое
пространство способствует обострению именно этих эмоций. Вся вторая часть
смотрится как единая «лав стори». Вообще Житинкин, активно и ярко
использующий эротический элемент в своих спектаклях, после «Моего бедно
Марата» в Театре им. Моссовета стал более скуп и целомудрен.
Творчество режиссера, кажется, обретает еще одну заметную тенденцию. После
работы с корифеями русского театра и звездами — Всеволодом
Якутом, Иннокентием Смоктуновским, Людмилой Гурченко, Александром Ширвиндтом,
Ниной Дробышевой, Валентиной Талызиной, Георгием Тараторкиным, Михаилом
Державиным — он обратил внимание на актеров своего
поколения. Последние спектакли — «Мой бедный Марат» в Моссовете
и «Псих» в «Табакерке» — тому подтверждение. В «Психе»
А. Житинкин открыл новую театральную звезду — Сергея Безрукова, чуть
потеснившую уже признанных табаковских звезд мужчин Машкова и Миронова.
Обязательно запомните это имя, и, как говорили в старину, «спешите
видеть». Не пожалеете.
Елена Курбанова, гадета «Московская Правда»
