История с Бумбарашем

История с Бумбарашем
Постфактум, почти

Когда я смотрела «Бумбараша», у «табаковцев», то вспомнила: театр — это радость. Вспомнила, потому что давно… Да, впрочем, Бог с ним, с тем почему. Было радостно, вот и вспомнила. И вспомнила еще, как недавно мы с моим приятелем — режиссером, солидно повествовали и замечательно обосновывали друг другу в полном единодушии, что сейчас для всех этих студийно–массово–площадных «штучек» в театре как бы и не время. Сейчас или буффонада, или экзистенция, потому что, выплеснувшись в конце 80–х, все опять пошло вглубь — опять поиск своей точки в этой, пусть и сумасшедшей (что делать? времена–то, как известно, не выбирают) жизни.

Но: первые 15 минут спектакля — и все концепции к черту. Потому что сидишь — и тебе хорошо: и не скучно, и не стыдно, и в то же время никаких головоломок, никаких ребусов — смыслы легко рождаются из самой эстетики, из самого стиля спектакля. А спектакль «Страсти по Бумбарашу» очень стильный: этакий пост–модернистский лубок (по мотивам ранних произведений Аркадия Гайдара, режиссер Владимир Машков, художник Александр Боровский).

Все злоключения старого знакомого Бумбараша и в войну, и в революцию, и на фронте, и дома, и с бандитами, и с друзьями, и с белыми, и с красными здесь как бы не взаправду, это игра. Веселая — с замечательными танцами (хореограф Алла Сигалова), до боли знакомыми и любимыми песнями (композитор Владимир Дашкевич), шутками, — в которую самозабвенно играет со своими друзьями по студии Евгений Миронов. Актер просто купается в этой игровой стихии, плавает в ней, ныряет, выныривает, на боку, на спине. Этот, в общем, на первый взгляд, совсем обыкновенный лохматый мальчишка своим обаянием буквально обволакивает зал. Конечно, Бумбараша Золотухина забыть невозможно, но в спектакле — абсолютно не похожем на фильм — он и не забывается. Тот образ как бы точка отсчета для молодого актера. Но и только: его Бумбараш как бы и узнаваем, и по–своему неповторим.

Говорят часто, что «табаковцы» вообще, и Миронов в частности, представляют собой такой «современный тип, точно отражающий…» и т.п. Не знаю, может быть, но в Бумбараше — а это мое первое свидание — он вообще не привязан ко времени, ни к какому, здесь вечное русское — чистота и лукавство, искренность и ирония — от Иванушки–дурачка, царевича, скомороха до… до современного москвича — актера Театра-студии п/р О. Табакова. Время, конечно, в спектакле есть, но оно выражено не в «типах» и не в текстах, оно в самом стиле, в том, как стилизовано время исторической смены эпох.

Время. История. Человек и история. Тема эта составляет и сюжетную основу спектакля, где красные, белые, бандиты, т.е. все социальные силы в переломный исторический момент «бьются» за Бумбараша, предлагая ему кто деньги, кто власть, кто Идею. А тому — что, ему бы только дом, пусть неказистый, зато свой, «неказенный», да Варьку (арт. Анастасия Заворотнюк) рядом. Вот они — высшие ценности жизни: Дом да Варька. История, как известно, Дама капризная — такого отношения к себе не прощает. Гибнут все: Варька, наивный и добрый Левка, воровато–изысканный Яша, сам Бумбараш. Но трагедии нет — потому что игра. Игра в «белых» и «красных», только кто «наши» — не понять. А впрочем, как раз все абсолютно понятно — «наших» нет, как нет и «ненаших». Одинаково хороши и «беляки» в своей отточенной пластике «бомондных» манер, к «красные», особое революционное рвение которых пробуждает Василий Иванович изящным танцем с серпом и молотом на попке, и бандиты, исходящие сексуально–разбойной истомой от прелестей блестящей бандерши Соньки (арт. Ольга Блок–Миримская). Да, театр играет в Историю, играет весело и задорно, как играли в нее мальчишки нашего детства, но — постепенно — проступает очень серьезное: История оборачивается Игрой. История, Политика, все надличностное — игра, не более, игровой фон — смешной, глуповатый, временами нелепый — подлинной человеческой жизни. И относиться к нему надо так, как ведут свою игру создатели спектакля — легко. Вот слово, чувство, состояние, которого нам так не хватает сегодня и которое нам дарят на всех «этажах» нашего мировосприятия — образном, эмоциональном, интеллектуальном — ребята из студии Табакова.

Понимаю, далеко не все согласятся с такой трактовкой спектакля и, главное, с самим содержанием этого мировоззренческого посыла. Что ж, и слава Богу! Ведь и театр, представляя его. Ни в коей мере не настаивает. Это проходит как бы легким пунктиром, как одна из возможных точек виденья себя, Истории, себя в Истории, которую тем не менее надо обязательно иметь и хранить в наше такое серьезное, тяжелое, безрадостное время.

Галина Брандт, газета «На смену»